Холвур прозябал в кабаке «Под крылатым змеем», попивая эль и составляя план. На листке он кратко начертал:
Преимущества:
• вижу в темноте
• скрытен
• актёр
• почти неуязвим
• стража замка беспечна
Препятствия:
• слишком много стражи
• охраняется драконом
• замок высок
• можно действовать только ночь (вампиризм)
• у меня нет оружия…
А тем временем в трактир зашёл какой-то солдат в странных доспехах: на тунике его был вышит знак имперской стражи.
«Хм… сам император в такой глуши!? Странновато… или это стража его брата? Надо бы разведать».
И действительно, в ходе довольно таки продолжительной беседы (ну и пьянки соответственно) Тонг выяснил, что это один из охранников замка, того самого замка…
- Ик… да, меня послали за элем. Сейчас я принесу ребятам…ик…чёрт, ещё же нужна жертва…овцу купить, чтоб дракона отвлечь, а то ещё спалит ненароком, как Олмира…уф, а ты кто такой, что-то из головы вылетело?
- А я как раз скотовод. У меня здесь ферма неподалёку. И это… это было бы честью для меня помочь такому благородному воину как ты! Давай, я тебе сделаю скидку, у меня сейчас как раз пару овец прихворали… дракону ж всё равно, а? А ты б и элю больше купил…
- Ик… замётано. Тогда давай, пошли скорее!
- Нет проблем, идти тута не далеко…
Когда вышли из таверны, Холвур оглянулся, убедившись, что улица пуста. Он взглядом отыскал булыжник поувесистее, а потом молниеносным движением сбил противника с ног, подскочил с камнем в руках и одним мощным ударом проломил ему череп.
- Готово, - подумал Тонг, застегнув на себе последнюю бляшку мундира имперского стража – Сейчас – к делу.
На те деньги, что были при гвардейце, ассасин купил три фляги крепкого эля (в котором моментально были растворены две ядовитые конфетки) и позаботился о жертвенном животном. Какая милая овечка: такая беззащитная и доверчивая, пушистая, безобидная – жалко?! Да нет, к счастью, ассасин не добрая фея, он беспощадная машина для убийств, а посему судьба овечку решена. Белая шерсть её хорошо видна в темноте, а особенно слышно робкое блеяние. Отпущенная на свободу, она не долго протянула. Уже через минуту Холвур услышал грозный рык и хруст костей в чьей-то зубастой пасти. С этого момента Тонг скакал на реквизированной лошади во весь опор, пока не достиг ворот орочьего замка. Он буквально ощущал дыхание дракона в спину, но просто так ворваться в крепость он не мог. Кодекс не позволял вампирский. «Уж никак нельзя проникать в чужие дома не получив приглашения, нельзя тревожить жителей его, не получив приглашения и нельзя лезть в чужой гроб, не получив на то дозволения» - гласила одно из неписаных правил, но несмотря на всю условность, нарушить его было невозможно. Вампирские начала бунтовали внутри, чуть только свершалось что-то противоречащее Кодексу. Наверное, это связано с той магической силой, что питает дух и плоть вампира, и которой нужен источник – кровь и честь. Надо сказать, что при всей конкретности первого понятия и относительности второго, поступиться ни одним из них было нельзя.
… Нет, ну везло же Холвуру с солдатами! Вот снова один из стражников у врат выручил преследуемого убийцу:
- Гельтар, чего ты там стал? Мы уже бухла заждались! Давай, живо пролазь под решёткой!
Тонг смачно сплюнул, в развалку подошёл к сторожке, подождал, пока не поднимется массивная железная решётка, юркнул под ней и оказался в полутёмной узкой комнатушке, где его с горящими глазами ждали двое других стражников.
- Ну, что, принёс?
- Кончено, вот, держи, друг. Пускай эта холодная ночь покажется нам хоть чуть-чуть короче… Я слышал в городе отмечали праздник. Так выпьем за это!
Выбрав себе тот флян, пиво в котором не было отравлено, он наблюдал, как другие пьют ядовитое пойло. Слава тьме, что скрывала самодовольную улыбку на лице ассасина, иначе б его могли и раскрыть. Минута-другая и БАЦ! На камнях в странной позе распластались два трупа.
- Ну, поделом, ребятки, - едва слышно проговорил ассасин, выходя из сторожки.
Мерным шагом, с натянутой гримасой равнодушия и усталости лже-Гельтар поднимался по лестницам всё выше и выше, минуя один пост охраны за другим. Иные стражники и настораживались, видя незнакомого солдата, но стоило им только взглянуть в глаза вампира, как их опутывали странного рода чары, заставляющие если не верить, то уж, по крайней мере, доверять и никак не ощущать опасений.
А вот и верхний этаж. У двери в покои знатного орка стоял целый взвод вооружённых до зубов стражей, миновать которых было невозможно, поэтому Холвуру пришлось импровизировать, что собственно и было его коньком. Свернув налево, зайдя в подсобное помещение, а, если говорить честно, в нужник. Тонг быстренько прикинул, что к чему. Сняв с себя тяжёлую кольчугу и отложив в сторону меч, он был готов вспомнить, каково это лазать по карнизам.
Благо мудрый архитектор предусмотрел заранее, что именно в этом замке должно свершиться подобное убийство и будто нарочно выбил специальные выступы, оковал стены решёткой, за которую так удобно держаться! Холвур не боялся ни ветра, едва не сбрасывающего его с карниза, ни мороза, заставляющего пальцы его пристывать к металлу. Тенью он, приникая к стене, пробрался к окну в покои своей жертвы. Украдкой взглянув, он обнаружил, что орк был не один: одна молодая особа делила с ним постель. Хм, они спали – им же хуже. Бесшумно отворив ставни окон, Тонг проник внутрь, схватил со стола десертный нож, довольно острый, но и не удивительно, ведь это был орочий нож. Только успел он встать у изголовья кровати, как орк, всхрапнув, открыл глаза. Выбора не было, необходимо было действовать. Ещё одно быстрое движение, мгновенный прожок на всё ещё лежащего в постели верзилу, и нож мягко вошёл в горло зелёного, словно в масло.
А вы бы смогли издать хоть звук с пробитой гортанью? Вот-вот, только хрип, который боле походит на храп, не вызывающий никаких подозрений. А выжили бы, если б нож вошёл вам в шею, острием доставая хрупких позвонков? Думаю, нет.
Что же делать с девушкой? А она, к счастью, не была оркессой. Скорее всего эльфийкой, неизвестно что делающей в постели с орком. Может она пленница? Или наложница? Не важно. Главное, что она тоже проснулась, ощутив чьё-то на себя приземление. Несомненно, она было молода и привлекательна, её шейка так и манила вампира, пока не умеющего усмирять в себе жадного кровососа. А-а-ам! Какая нежная плоть! Какая сладкая, тёплая кровь!!!
- Так-так, девушка не умрёт, она лишь спит, - отнимая клыки от её шеи подумал Холвур. – Что ж, считай ты тут не зря. Очень даже… - убийца не закончил, а лишь коварно потёр руки.
Он достал из мешочка на поясе серный запал, вырезал из свечи восчённый фитиль и приготовил ловушку. Рассыпав серу на щиколотке спящей красавицы и приложив к ней тлеющий фитиль, Холвур инсценировал убийство орка ею, вложив ей в руки нож.
…
Минута и Тонга след простыл, он снова влез на каменный карниз и крался к окнам нужника. Но там его ждал сюрприз: кто-то, видать, не стерпел… Он был при оружии, в латах, но ошеломлён и вовсе не готов что-то предпринять, разве что только крикнуть. Но удар в подбородок заставил прикусить язык да так больно, что молвить слово было очень тяжело. Начался рукопашный бой. Прижатый к стене, воин сопротивлялся. Он вынул кинжал, надеясь спороть брюхо нападавшему, но Холвур слишком хорошо помнил уроки Лезвия. Левой рукой мёртво сжав горло гвардейцу, а правой схватив врага за запястье вооружённой конечности, он всем своим весом напирал на врага, прижимая его руку к груди, не давая возможности её пошевелить, взмахнуть ножом и. Удар коленом, ещё один, эффективный залом и вот уже нож выскальзывает из рук, падает на пол, короткий замах, второй удар в лицо, отскок, разворот и быстрый, как взмах меча, и настолько же опасный удар локтём и… всё, враг повержен. Подобрав меч, Холвур добил беспомощно распластавшегося на полу стражника, проткнув его почти насквозь.
А тем временем механизм сработал: фитиль догорел, запал разгорелся. От боли, вызванной горящей серой, девка вскочила, завыла, заорала, словно призывая стражу к решительным действиям. Ворвавшиеся воины мигом оценили обстановку: в истерике ревущая баба с ножом в руках, зарезанный орк и больше никого в комнате. Один взмах меча решил всё. Её никто не слушал, её никто не хотел слушать.
Что же до Холвура, так он с мечом в руках вырвался в коридор, пробежал незамеченным (всё-таки все сорвались с мест и находились в покоях убитого орка) несколько этажей, преодолел один лестничный пролёт, другой и только тогда стали ему попадаться солдаты. Один оглушён, другой вовсе не ожидавший увидеть в сердце крепости постороннего лишился головы. Но вот путь ассасину преградили несколько готовых к бою стражей и не было у него другого выхода кроме как… юркнуть в окно. Хорошо, что под ним находились конюшни с мягкой соломенной крышей, хорошо, что ему было плевать на травмы, полученные при падении. В стойлах его уже ждали. Стражник и конюх с вилами в руках. Солдат был быстро ликвидирован брошенной в лицо и так удачно разбившейся керосинкой, а вот с конюхом пришлось повозиться. Тот усердно махал вилами, заставляя ассасина уклоняться с не меньшим усердием, и вот когда острые «зубы» прошли на уровне головы взрослого мужчины – Тонг едва увернулся – конюх раскрылся. Бросившись на него, ассасин ухватил того за талию обеими руками, опрокинул на земь, прижал грудь его коленом, надавил, нанёс серию коротких ударов и вырубил-таки паршивца.
Взобравшись в седло, Холв поскакал во весь опор, шпоря коня, как только мог. Удрав от солдат, он едва не столкнулся с драконом, но всё же ему повезло: к утру дракон измотался, ибо всё ночь кружил над окрестностями. Он отстал.
Кстати да, было утро. Уже зиждился рассвет…
//Если есть проблемы с изыгом, то мого переписать, а щас лень )
|
